Как дети выживали на улице: где спали, что ели и чем болели

Представьте холод. Ночь. Вокзал. Скамейки облезлые, пол грязный. В углу, прямо на газете, свернулся калачиком мальчик лет двенадцати. Он дрожит. Он не ел два дня. У него температура. Это не кино. Это реальность 1924 года. Тысячи детей. Каждую ночь. Без дома. Без еды. Без лекарств.

Давайте разберёмся по-настоящему: как жили беспризорники в 1920-е. Где они спали. Что ели. Чем болели. Только факты и то, что записано в старых анкетах и отчётах.

Где спали беспризорные дети

Летние ночлеги

Летом выживать проще. Тепло. Можно спать где угодно. Где спали беспризорные дети в тёплое время года? Список длинный.

• В лесу и в оврагах — самые смелые или те, кого гнали из города
• На стройках и в заброшенных домах — там можно найти угол и крышу
• В подвалах жилых домов — теплее, но опасно: могут выгнать дворники
• В парках и на пустырях
• На чердаках — если получится забраться
• Под мостами
• В старых лодках, вытащенных на берег
• В опрокинутых вагонах на железнодорожных путях
• В старых паровых котлах — звучит дико, но дети спали и там

Перепись беспризорников в Саратове 1924 года проводили с трёх часов ночи. Студенты-переписчики обходили подвалы, заброшенные дома, старые лодки и паровые котлы. Там и находили детей.

Как жили беспризорники летом? Как бродяги. Спали, где придётся. Но хотя бы не мёрзли.

Зимние ночлеги

Зимой всё меняется. Холод убивает. Поэтому места ночлега беспризорников зимой совсем другие.

• Вокзалы — главное убежище. Там тепло. Там много людей. Можно затеряться. Можно украсть еду с лотка. Вокзалы были домом для тысяч детей.
• Заброшенные дома — если есть крыша и хотя бы одна целая комната
• Земляные ямы — звучит невероятно, но дети рыли землянки или забирались в старые погреба
• Подвалы — их топили, там было тепло
• Чердаки — но туда надо добраться, и там дует
• Трубы отопления и теплотрассы — редкая удача
• Кладовки при железнодорожных станциях
• Пустые товарные вагоны — если не увозят далеко

Вокзал был королём среди ночлегов. Дети знали расписание поездов. Знали, где стоят будки обходчиков. Где можно спрятаться от милиции. Где добрый буфетчик кинет булку.

Как жили беспризорники зимой? Как партизаны. Каждая ночь — риск замёрзнуть. Каждое утро — проверка: проснулся или нет.

Где ночевали прямо перед переписью

Анкеты 1926 года задавали вопрос: «Где имеешь ночлег в настоящее время». Ответы:

• Где придётся — больше половины
• У разных людей (у знакомых, у «добрых дядь») — заметная часть
• В доме у родственников — единицы
• В детском доме — мало, потому что перепись брала уличных

То есть большинство не имело постоянного места. Сегодня — подвал. Завтра — вокзал. Послезавтра — лес, если тепло.

Что ели — как добывали еду

Попрошайничество — главный промысел

73% беспризорников кормились подаянием. Стояли с протянутой рукой у церквей, на рынках, у вокзалов. Плакали. Врали. Печальные песни пели. Кто-то давал копейку, кто-то пинал.

Почему так много? Потому что это самый простой способ. Не надо красть — не поймают. Не надо работать — не обманут. Проси — и что-то перепадёт.

Чем питались беспризорники в 1920-е? Хлебными корками, объедками, остатками из мусорных баков. Иногда — горячая похлёбка в ночлежке. Но ночлежек было мало.

Батрачество — работа за еду

11% нанимались к крестьянам. Летом — на прополку, уборку, пастьбу скота. За это давали ночлег и миску щей. Иногда — кусок сала или хлеб с собой.

Дети работали наравне со взрослыми. За копейки. Или просто за еду. Хозяева часто обманывали: обещали заплатить, а выгоняли пинком.

Воровство — 6%

Меньше, чем думают. Большинство беспризорников не были ворами по призванию. Воровали, когда совсем невмоготу. Булка с лотка. Кошелёк у зазевавшегося прохожего. Мешок с крупой с телеги.

Как жили беспризорники-воры? В постоянном страхе. Попадаловка — тюрьма или трудовой дом. А там не сахар.

Случайные заработки — 6%

Чистильщики обуви. Носильщики на вокзале. Помощники грузчиков. Разносчики газет. Мытьё посуды в трактирах. Работа в мастерских (редко, но было).

За день можно было заработать на пару булок. Или на миску горячей еды в дешёвой столовой

Помощь от родственников или деткомиссии — 2%

Капля в море. Родственники сами голодали. Деткомиссия помогала редко — бумаг много, денег мало.

По переписи 1926 года в Свердловской области самостоятельный заработок имели всего 6,1% беспризорников. Это те, кто чистил обувь, носил вещи, пас скот, торговал табаком и папиросами.

Работали в основном старшие — от 11 до 18 лет. Малыши только просили.

Проблема с едой

• 73% — попрошайничество
• 11% — батрачество (работа за еду у крестьян)
• 6% — воровство
• 6% — случайные заработки
• 2% — помощь
• 2% — неизвестно

Чем питались беспризорники в 1920-е на самом деле? Всем, что можно засунуть в рот. Хлеб, капустные листья, гнилые овощи, объедки из помойки, сырая морковь с поля, краденые яйца. Мясо — праздник, который бывал раз в месяц.

Чем болели

Главные болезни беспризорников

Болезни беспризорников — это список ужасов. Дети жили в грязи, холоде, без мыла, с рваной обувью. Вши. Блохи. Грязь. Отсюда всё остальное.

• Сыпной тиф — переносили вши. Болезнь, от которой мучительно умирали. Температура, бред, сыпь. Без лечения — смертность до 40%.
• Возвратный тиф — тоже от вшей. Тоже смертельно.
• Дизентерия — грязные руки, грязная еда. Понос, обезвоживание, смерть за неделю.
• Цинга — нет витаминов. Кровоточат дёсны, выпадают зубы, болят суставы.
• Туберкулёз — холод, сырость, недоедание. Лёгкие гнили заживо.
• Натуральная оспа — эпидемия 1919 года охватила 186 тысяч человек. Дети умирали или оставались рябыми на всю жизнь.
• Венерические болезни — у девочек-подростков. Результат насилия на улице.

Цифры эпидемий

В Пермской губернии в 1920-1922 годах сыпным тифом заболело более 340 тысяч человек, возвратным — 240 тысяч. Пик пришёлся на 1922 год — 144 тысячи заболеваний. Дети, конечно, в этой массе.

В Петрограде в 1920 году больше всего смертей было от эпидемий. Туберкулёз, тиф, дизентерия. Город не справлялся.

Почему дети не лечились

Нет документов. Нет денег. Нет родителей. Больница не принимала без направления. Детприёмники были переполнены. Лекарств не хватало.

Ребёнок с температурой ложился в подвал. Или на вокзале. И ждал. Либо пройдёт, либо нет. Чаще — нет. Как смертники. Каждая простуда могла стать последней.

Состояние здоровья по анкетам

В переписи 1926 года было три градации: хорошее, среднее, плохое.

• Хорошее — единицы. У кого? У тех, кто только недавно попал на улицу и ещё не успел заболеть.
• Среднее — большинство. Постоянно голодные, грязные, с больными зубами, с кашлем. Но живы.
• Плохое — заметная часть. Такие не выживали долго. Анкеты на них заполняли другие.

Медицинского осмотра не было. Оценка — на глаз регистратора.

Психологическое состояние

Что творилось в голове

Мало кто писал об этом в 1920-е. Но современные психологи понимают: уличные дети были травмированы. Постоянный страх. Голод. Холод. Насилие. Смерть друзей на глазах.

Они не доверяли взрослым. Они могли ударить без причины. Или заплакать на ровном месте. Это не «моральная дефективность» (такой был термин). Это посттравматический синдром. Они болели отчаянием. Безнадёжностью. Ненавистью.

Что писали в анкетах

В анкетах был вопрос: «Желает ли переменить образ жизни на трудовой». 90% отвечали «да». Потому что устали. Потому что надоело бояться. Потому что хотят учиться и работать.

Но когда спрашивали «почему», многие писали просто: «Надоело так жить». Без подробностей. Без жалоб. Просто усталость. Смертельная усталость.

Сколько таких детей было

Пик беспризорности

В 1921 году — от 4,5 до 7 миллионов беспризорников по разным оценкам. К 1922 году в детдомах и приёмниках РСФСР числилось 540 тысяч. Остальные — на улице.

Даже в конце 1920-х, когда проблема пошла на спад, в Москве и Московской области в 1927/28 году было зарегистрировано 7477 беспризорных. А незарегистрированных? В разы больше. Точного учёта не было. Дети переезжали с места на место. Боялись милиции. Врали в анкетах. Умирали без регистрации. Переписи давали только приблизительную картину.

Как жили беспризорники в 1920-е? Плохо. Очень плохо. Ночевали в подвалах и на вокзалах. Ели объедки и просили милостыню. Болели тифом и туберкулёзом. Умирали тысячами. И при этом большинство хотели учиться. Работать. Жить нормально.

Они не были «неисправимыми». Они были детьми, которых война и власть выбросили на помойку. И которые выживали как могли.

Мы сегодня смотрим на старые фотографии. Худые лица. Огромные глаза. Грязные лохмотья. Это не красивая картинка «детей революции». Это боль. Которую мы не должны забывать.