Пытались ли вернуть детей в кровные семьи и что из этого вышло

Детский приёмник, 1925 год. Сидит мальчик лет десяти. У него есть бабушка в соседней губернии. Жива, хочет забрать внука. Документы оформляют три месяца. За это время мальчик дважды сбегает. Потом его отправляют к бабушке. Через полгода он снова на вокзале. Сбежал — потому что бабушка старая, кормить нечем, а он привык к свободе.

Это не выдумка, а типичная история. Возвращение беспризорников в семью казалось самым простым решением. Нашли родственников — отдали. Но на деле всё упиралось в деньги, расстояния, бюрократию и детские травмы. Разберёмся, пыталось ли государство возвращать детей в кровные семьи, что из этого получалось и почему большинство так и оставалось в детдомах.

Почему государство вспомнило про семью

Советская власть сначала сделала ставку на государственное воспитание. Лозунг «Все дети — дети государства» звучал гордо. Но быстро выяснилось: казна пуста, детдомов мало, воспитатели не умеют работать с травмированными детьми. Идея трещала по швам.

Тогда родился другой подход. А что если искать бабушек, дедушек, тёть, дядь? Дешевле, чем строить новые детдома. И для ребёнка полезнее — хоть какая-то семья, а не казённая койка.

Возвращение беспризорников в семью стало официальной политикой с середины 1920-х. На бумаге звучало логично. На практике — сплошные проблемы.

Как государство пыталось вернуть детей родственникам

Поиск через анкеты и запросы

Когда ребёнок попадал в приёмник, ему задавали вопросы о родных. Где живут родители. Кто из них жив. Если родителей нет — кто из близких родственников остался. Эти данные отправляли в другие города почтой. Ждали ответа неделями.

Список того, что спрашивали у беспризорников о семье:

• Живы ли отец и мать
• Если живы — где именно живут (округ, район, село)
• Если родителей нет — фамилия и адрес родственников
• Есть ли у ребёнка наследственное имущество и где оно находится

Проблема была в том, что дети часто не знали точного адреса. Или не хотели говорить. Или врали, потому что боялись возвращения.

Деньги на передачу ребёнка в семью

Государство выделяло небольшие суммы тем, кто соглашался взять ребёнка. Размер выплат был разным.

Какие суммы выделялись на возврат детей в 1926 году:

• На ребёнка, переданного родственникам — 60 рублей
• На ребёнка, переданного в крестьянскую семью — 50 рублей
• Всего на эти цели ассигновали почти 1,2 миллиона рублей
• Планировали охватить 23 тысячи детей

По тем временам это были копейки. Семья получала деньги один раз, а кормить ребёнка нужно было годами.

Усыновление снова разрешили

В ноябре 1926 года приняли новый Кодекс ЗАГС. Он восстановил институт усыновления. Раньше усыновление почти не практиковалось — это считалось буржуазным пережитком. Теперь родственники или даже чужие люди могли официально взять ребёнка. Но желающих было мало. Боялись ответственности. Боялись голода.

Почему детей не удавалось вернуть: четыре главные причины

Первая причина: родители умерли

Больше половины беспризорников были круглыми сиротами. Возвращать было не к кому. Отцы погибли на Гражданской войне. Матери умерли от голода и тифа. Целые деревни вымирали. Ребёнок оставался один в пустой избе.

Список ситуаций, когда возврат был невозможен:

• Оба родителя погибли в боях или от болезней
• Отец пропал без вести на фронте
• Мать умерла во время эпидемии
• Родителей раскулачили и сослали (ребёнок не знал куда)
• Семья погибла полностью при погроме белых или красных

Вторая причина: родственники сами голодали

Даже если бабушка или тётя были живы, они часто не могли прокормить ребёнка. Взять лишний рот означало обречь себя на голодную смерть.

Почему родственники отказывались брать детей:

• Сами недоедали и болели
• Жили в одной комнате с другими родственниками
• Были старыми и немощными
• Уже воспитывали других сирот
• Боялись, что ребёнок вороватый и опасный
• Не хотели связываться с опекой и отчётами

Третья причина: дети не хотели возвращаться

Многие беспризорники отказывались от родственников. Даже если их находили. Уличная жизнь меняла психику. Ребёнок привыкал к свободе. Боялся, что родные будут бить. Не доверял никаким взрослым.

Что думали сами беспризорники о возвращении в семью:

• «Там тоже голодно, зачем идти»
• «Меня там били, не вернусь»
• «Я уже забыл, как они выглядят»
• «Не поверят, что я был на улице, будут стыдить»
• «Лучше в детдом, чем к пьяному дяде»

Четвёртая причина: бюрократия и расстояния

В 1920-х годах найти человека в другой губернии было почти невозможно. Нет телефонов. Нет интернета. Нет баз данных. Только бумажные запросы, которые шли месяцами.

Бюрократические трудности при поиске родственников:

• Нет точного адреса (ребёнок не помнит)
• Названия улиц и деревень поменяли после революции
• Документы сгорели в пожарах Гражданской войны
• Запрос идёт 2-3 месяца (ребёнок ждёт в приёмнике)
• Человек переехал — никто не знает куда
• Нет денег на билет для ребёнка и сопровождающего

Что получалось на практике

Успехов было мало. Очень мало. Возвращение в семью оставалось скорее исключением, чем правилом.

Статистика из Свердловской области, перепись 1926 года:

• Попрошайничество — 73,6%
• Батрачество — 11,5%
• Воровство — 6,8%
• Случайные заработки — 6,1%
• Помощь от детской комиссии — 1,0%
• Помощь от родственников — 1,0%

То есть только каждый сотый беспризорник получал помощь от родных. Остальные выживали сами.

Планы государства на 1926 год:

• Передать родственникам — 4 тысячи детей (выделено 240 тысяч рублей)
• Передать в крестьянские семьи — 19 тысяч детей (выделено 950 тысяч рублей)
• Итог — 23 тысячи детей

Звучит внушительно. Но для сравнения: общее число беспризорников в 1921 году составляло от 4,5 до 7 миллионов. Даже по оптимистичным оценкам к концу 1920-х в детдомах и на улице оставалось сотни тысяч детей. 23 тысячи — это капля в море.

Из тех, кого всё-таки передали, многие сбегали. Потому что у родственников было голодно. Потому что ребёнок уже не умел жить по правилам.

Что ещё делали с детьми, которых нельзя было вернуть

Поняв, что вернуть детей в старые семьи почти невозможно, государство попробовало создавать новые формы устройства.

Передача в крестьянские семьи за плату

Государство искало крестьян, которые согласны взять ребёнка на воспитание за деньги. Платили 50 рублей. Ребёнок работал в хозяйстве. По сути — дешёвая рабочая сила.

Условия такой передачи:

• Семья должна быть не самой бедной (иначе ребёнок умрёт с голоду)
• Ребёнок получал еду, одежду и угол
• Обязан был работать в поле и по дому
• Государство платило 50 рублей один раз
• Никто не проверял, как обращаются с ребёнком

Патронат — семейное воспитание за деньги от государства

В конце 1920-х начали развивать патронат. Ребёнка отдавали в семью (не обязательно родственникам). Семья получала деньги на его содержание. Но патронат был слабым.

Почему патронат не прижился:

• Мало семей соглашалось (боялись ответственности)
• Денег выделяли мало (не хватало даже на еду)
• Контроль был формальным (никто не проверял условия)
• Дети сбегали из патронатных семей так же часто, как из детдомов

Что изменилось к концу 1920-х

К 1928 году государство почти перестало пытаться возвращать детей в кровные семьи. Слишком сложно. Слишком дорого. Слишком мало результатов.

Упор сделали на детские дома и трудовые коммуны. Туда направляли основную массу беспризорников. А идею семейного устройства отложили. Ненадолго. В 1930-е годы, с началом коллективизации и раскулачивания, семей снова разрушилось много. Но это уже другая история.

Итоги возвращения детей в кровные семьи в 1920-х годах:

• Менее 1% беспризорников вернулись к родным
• Родственники сами были на грани голодной смерти
• Дети часто отказывались от возврата
• Бюрократия и расстояния мешали поиску
• Государство не могло обеспечить регулярную финансовую поддержку

Что мы узнали из этой неудачи

Опыт 1920-х годов показал простую вещь: нельзя вернуть ребёнка в семью, если этой семьи больше нет или она сама умирает от голода.

Выводы, которые можно сделать:

• Сначала надо накормить родственников, а потом просить их брать детей
• Поиск должен быть быстрым, а не месячным (нужны базы данных)
• Детей нужно готовить к возвращению (психологически)
• Деньги должны выплачиваться регулярно, а не разово
• Без контроля дети снова оказываются на улице

Сегодня, когда у нас есть интернет, соцработники и пособия, мы возвращаем детей в семьи чаще. Но проблемы те же: бедность родственников, нежелание детей, бюрократия. Время идёт, а трудности остаются.

Возвращение беспризорников в семью в 1920-х годах было правильной идеей. Ребёнку лучше с бабушкой, чем в казённом детдоме. Дешевле для государства. Гуманнее.

Но в реальности это оказалось почти невыполнимой задачей. Слишком много детей потеряли родителей навсегда. Слишком много родственников сами стояли на грани смерти. Слишком много детей уже не могли жить в семье — улица перековала их.

Государство попыталось. Писало законы. Выделяло деньги. Но волна была слишком высока. И дети остались в детдомах. А кто-то — на улице. Опыт показал: прежде чем отдать ребёнка в семью, надо сделать так, чтобы эта семья могла его прокормить. Иначе он снова окажется на вокзале.